Яда Л.
Everyone you meet is fighting a battle you know nothing about.
Поразительное несоответствие - когда дни распланированы и наполнены событиями, я ничего не успеваю и сетую на нехватку времени, но стоит ему появиться, я упускаю его каким-то недоступным даже моему пониманию образом и, снова ничего не успевая, барахтаюсь в водовороте несделанных дел.
Катастрофическая ситуация с чтением - читать нужно много, а времени либо нет, либо оно девается куда-то без моего ведома, и я снова не читаю почти ничего - или застреваю на середине сразу дюжины разных произведений.
Настроения все скачут, писать о них я - обещав себе не сливать негатив слишком уж много - пока не стану. Тяжело писать о том, чего не знаешь наверняка сама, что завтра же покажется глупостью, что меняет качество в зависимости от угла падающего света.

Меня не отпускает Nachmittag, возвращая раз за разом к чеховской Чайке. Со временем именно она из всех его пьес выходит на первый план, выкручивая сильнее остальных.
Всего я видела две постановки и фильм - сейчас качаю еще один спектакль, старый, еще 1974 года. Хочется сохранить все до подробностей, но вспоминаются чаще всего почему-то детали - нечеловеческая фигура Нины из постановки Александринского театра, Константин из Мироновского, впаянная в ткань обыденности невыносимость фильма.
Фильм буду пересматривать и напишу о нем отдельно, много, так как хочется - потому что это звенящая жизнь в каждом кадре, и невыносимая легкость, безысходная нежность, и такая чеховская лирика, какой совсем не ожидаешь увидеть в немецком артхаусе, и так внезапно и волшебно - находишь.

А переводить Фитцджеральда трудно, у него неподъемные словесные каркасы, и каждое предложение - произведение искусства, стонущее под тяжестью прилагательных. Книга мне не нравится пока как цельное произведение, но отдельные моменты - точностью передаваемой атмосферы - прекрасны. Когда из каждой главы нужно выбрать отрывок на перевод, эти моменты особенно видно - маленькие идеальные слепки с красоты человеческих чувств. Мы еще только на середине, и я не люблю забегать вперед, но по состоянию на нынешний момент - Гэтсби велик, потому что умеет так чувствовать, что каждый момент - глава в вечности. И когда он смотрит в глаза любимой женщины, где-то во вселенной это мгновение добавляет новый штрих, и он это чувствует.
Впрочем, это еще далеко не конец, поэтому ждите репортаж с места событий).

С этого момента мне осталось спать пять часов.
Доброй ночи)

@темы: ключи, Фильмы, Тени в театре, Петербургские сновидения, О литературе